Елена Скороходова: На премьере в Хабаровске я почувствовала себя матерью, которая удачно выдала дочь замуж

Неновогодний спектакль с праздничным названием «Новый год Forever» от именитого режиссера Эдуарда Радзюкевича по пьесе известной артистки и драматурга Елены Скороходовой, поставленный на сцене Хабаровского краевого театра драмы, вызвал большой ажиотаж среди поклонников Мельпомены.

Даже елка растет от любви

Два премьерных дня в зале буквально яблоку негде было упасть. Лирическая комедия удалась на славу. Прекрасная актерская игра, юмор, танцы… Даже маленькая искусственная елка (какие чудеса только не случаются с людьми, когда они любят!) к концу представления... вырастает до гигантских размеров. Между тем начинается спектакль совсем не радостно.

…Полдень. Однокомнатная квартира. В дальнем углу стоит искусственная новогодняя елка. По центру висит люстра. Мужчина (а это и есть главный герой пьесы, отчаявшийся математик Ефим Иваневич) на стремянке что-то прилаживает к люстре. Когда все наконец готово, он спускается со стремянки, и публике открывается свисающая с люстры петля.

Но свести счеты с жизнью Фиме, к счастью, не удастся. Ему постоянно что-то мешает: то зазвонит телефон, то герой вспоминает, что забыл написать предсмертную записку и не может найти нужных слов. А тут еще появляется импульсивная соседка снизу Фрося, въехавшая в дом совсем недавно, и заявляет, что у нее на потолке образовалось желтое пятно.

Девушка не просто мешает отчаявшемуся математику покончить с собой, но и вытаскивает его из петли. С этого и начинается интрига спектакля. Математик рассказывает соседке, что он — непризнанный гений ХХI века. Его открытия, способные изменить мир, не восприняли всерьез, жена его бросила, и он лишний в этом мире.

Вслед за соседкой к Ефиму приходит Кузьма — олигарх и закадычный друг, а затем и жена Наташа, которая подала на развод. Вокруг ученого кипят страсти в то время как он хочет лишь спокойствия и уединения.

Философская драма по-настоящему приобретает элемент комедии уже во втором акте. Особенно весело стало, когда главный герой переоделся в женщину.

Думается, нет смысла пересказывать пьесу. Это, как говорится, надо видеть. Главное — финал у спектакля получился хороший, душевный. Посмотрев эту веселую, романтичную и в чем-то философскую постановку, зрители наверняка не только получили море позитивных эмоций, но и по-новому взглянули на себя, на своих близких, на «стоимость» денег, на ценность любви и дружбы.

— По большому счету вся приличная драматургия заключается в том, что более-менее талантливый человек в любой области испытывает кризис. Мы и так по жизни одиноки. А уж если говорить о Фиме, то он у нас просто гений, поэтому совсем одинок и непонятен. Но так получается, что если ты честен к своему делу, профессии, женщине, то рано или поздно воздастся, — так рассказывает о спектакле сам Эдуард Радзюкевич.

В «Новый год Forever» принимают участие шесть персонажей. Правда, Эдуард Владимирович, как хороший тренер, задействовал в спектакле два равноценных состава. Роль Фимы исполняют Сергей Дорогой и Сергей Буков, в образе энергичной соседки Фроси, которую Елена Скороходова писала под себя, Рената Хазиахметова и Эмилия Залуговская. Также в спектакле принимают участие народный артист РФ Сергей Лычев, заслуженный артист РФ Евгений Путивец, Антонина Белан, Анна Чеботарева, Сергей Гвинеев, Андрей Краснов, Ксения Огурцова и Юлия Медведева.

«Невыпущенный спектакль — это как не родившийся ребенок»

Зрители долго аплодировали. Когда же на сцене появились Эдуард Радзюкевич и Елена Скороходова (согласитесь, крайне редко на премьере можно увидеть вместе и режиссера, и автора пьесы), восторгу публики вообще не было предела.

Как выяснилось, у Елены Скороходовой, которая, к слову, впервые добралась до Хабаровска, поводов для приезда в дальневосточную столицу было сразу несколько. Она не только стала свидетелем спектакля по собственной пьесе (кстати, «Новый год Forever» ранее еще нигде не ставился), но приняла участие в репетиции своей сказки «Сон в зимнюю ночь», которая в репертуаре театра драмы появится накануне Нового года.

График у Скороходовой выдался довольно напряженным, тем не менее Елена нашла возможность пообщаться с корреспондентом газеты «Приамурские ведомости». Естественно, разговор мы начали с премьеры.

— Спектакль, конечно, получился несколько иным, чем тот, что крутится в моем воображении, — говорит Елена Скороходова. — Но это естественный процесс. Когда режиссер осваивает литературный материал, он всегда что-нибудь видоизменяет. Как я все это оцениваю? Чувствую себя матерью, которая удачно выдала дочь замуж. Я безумно счастлива! Знаете, когда ты сидишь одна в квартире и пишешь, то порой думаешь: «А кому все это надо?». Зайдешь в книжный магазин, смотришь на эти горы литературы… А тут еще я пишу. И поэтому большое счастье осознавать, что людям интересно мое творчество. Это счастье я бы поставила на второе место после рождения ребенка.

— Елена, почему в названии вы использовали английское слово, которое в переводе на русский означает «постоянно», «вечно», «навсегда»?

— Я сама не очень люблю, когда наша речь засоряется иностранными выражениями. И сейчас иной раз слышу в свой адрес: «Что же ты, Скороходова, шарахнула в название английское слово, русских что ли мало?». Но, понимаете, название призвано продавать товар. Мне кажется, здесь есть своя интрига. Чтобы человек хотел расшифровать, что за всем этим стоит.

— Слышал, что вы сами хотите поставить «Новый год Forever» в одном из столичных театров и сыграть там Фросю, которая по темпераменту, судя по всему, вам по душе?

— Да, и такая попытка уже была предпринята, но она развалилась. Потому что с артистами, особенно крупными, довольно сложно договориться. Но надежд не теряю. Радзюкевич своей постановкой меня вдохновил на подвиги (улыбается). Кстати, сам Эдуард любит говорить, что невыпущенный спектакль — это как не родившийся ребенок. Здесь я с ним полностью согласна и обязательно еще сделаю попытку. Все оформление к спектаклю у меня уже закуплено и ждет своего часа дома на антресолях.

— А что за спектакль ставите в Хабаровске вы сами?

— Это сказка под названием «Сон в зимнюю ночь». Она уже стоит в репертуаре вашего театра в конце декабря, так что отступать нам некуда. Какая цель у этой истории? Оторвать детей от этих ужасных компьютерных игр (я сама мать и с этим тоже сталкивалась) и вернуть их к чтению русских народных сказок, в которых мудрость всего нашего народа. Сюжет таков, что герои сказок от того, что их никто не читает, начинают страдать и решают выйти из сказки и поговорить с детьми. Как в любой сказке, здесь есть и добрые персонажи, и злые. Последние (а в этот так называемый клан входят Баба-яга, Змей Горыныч, Кощей Бессмертный и кикимора) пытаются устроить заговор. Не буду раскрывать всех карт, но, надеюсь, что ребята поймут, о чем идет речь, и правильно все воспримут. Ведь они четко понимают, где добро, а где зло. Есть у меня, конечно, некоторые опасения — как воспримет зритель эту историю. Но, знаете, горя бояться — счастья не видать.

О фигурном катании и любви к математике

— Елена, теперь хотелось бы остановиться на вашей творческой судьбе, которая довольно любопытная. Сами вы из математической семьи, в детстве серьезно занимались фигурным катанием, выполнив норматив мастера спорта СССР, но в итоге стали… актрисой. Кстати, я посмотрел, что впервые вы снялись в документальном фильме «Лед и фантазия» еще в тринадцатилетнем возрасте…

— Это был фильм о замечательной фигуристке Людмиле Пахомовой, с которой мне посчастливилось тренироваться в одном ледовом дворце. Я в те годы отлично знала олимпийскую программу Пахомовой с Горшковым. Поскольку я была у Людмилы Алексеевны словно хвостиком и постоянно пропадала на льду, и попала в тот давний фильм. Но сама тогда о кино даже не мечтала. Тогда просто занималась фигурным катанием и мечтала по стопам родителей связать свою жизнь с математикой. Кстати, в 14 лет вместе со званием мастера спорта СССР у меня появилась трудовая книжка и зарплата инструктора по спорту — 120 рублей в месяц. В соотношении с советскими ценами это были немалые деньги. А еще на сборах выдавали талоны на питание — по пять рублей в день, за показательные выступления платили гонорары. Платья, коньки, спортинвентарь — для членов сборной все бесплатно.

Мои родители окончили мехмат МГУ и работали на закрытом предприятии в «оборонке». Все, чем они занимались, находилось в области государственной секретности. От меня это тоже держалось в тайне, я вообще ни о чем не догадывалась. О том, что мой папа был главным криптографом системы опознавания России «Свой-чужой», я узнала только в 2005 году на его поминках. Вот и я собиралась поступать в МГУ на мехмат. Другого будущего для себя не представляла: ведь меня научили считать даже раньше, чем писать. Я до сих пор очень люблю математику. Вот сегодня ночью лежала и опять решала в уме какие-то головоломки. Знаете, это успокаивает, стабилизирует нервную систему. И я счастлива, что мой сын учится в МГУ и будет математиком, как его дед.

Отказала Эйрамджану

— А вы, значит, подались в артистки?

— Самой мне бы и в голову это не пришло. Но помог случай. Мой тренер по фигурному катанию Елена Анатольевна Чайковская родом из актерской семьи, ее детство прошло за кулисами театра имени Моссовета. И вот один из ее друзей, актер этого же театра Владимир Федорович Гордеев (царство ему небесное) как-то обратил внимание на мое выступление по телевизору. «Какая интересная у тебя появилась девочка. Не хочет ли она стать артисткой?» — спросил он про меня Чайковскую. Она мне об этом, разумеется, рассказала. И мне стало интересно попробовать себя в этой профессии. В 1979 году поступили в Щукинское училище на курс Катина-Ярцева и окончила его с отличием. Среди моих однокурсников были Радик Овчинников (Родин Юрьевич недавно ставил в Хабаровском краевом театре драмы спектакль «С наступающим!». — Прим. авт.), Саша Захарова… Уже на втором курсе снялась в картине «Шутка». Потом были роли в фильмах «Одиноким предоставляется общежитие», «Счастливая Женька», «Радости земные».

— В свое время мне нравилась кинокомедия «Где находится нофелет?», в которой вы тоже приняли участие…

— Как раз тогда у меня началась дружба с Анатолием Николаевичем Эйрамджаном, который являлся автором сценария «Нофелета». Потом у него снималась в фильме «Бабник», где моим партнером был Александр Анатольевич Ширвиндт. Как-то Эйрамджан предложил мне очередную роль в своем кино. Я было уже согласилась, но когда стала читать сценарий, поняла, что не смогу это сыграть. По сценарию я должна находиться в койке с двумя (!) мужчинами. Вообще, у Анатолия Николаевича все фильмы так или иначе связаны с сексом. Но здесь, считаю, был перебор. Наотрез отказываюсь: «Я физически сыграть это не могу». Он в ответ: «Ты культурная, как раз мне эту сцену окультуришь». Но не уговорил и больше в свои фильмы меня уже не приглашал.

«Если ты такая умная, пиши сама…»

— О кино поговорили. Интересно, а как у вас возникла идея стать писателем?

— Понимаете, артист вторичен, он говорит словами автора. А мне этого недостаточно, мне самой есть, что сказать людям. К тому же я человек, у которого сильно развита логика. В Щукинском училище мы работали с очень хорошей классической литературой. А в своей профессиональной деятельности я столкнулась с весьма дурной современной драматургией, где не выговариваются тексты, не оправдываются ситуации. Когда физически не можешь присвоить себе текст роли, потому что он не вытекает из жизни персонажа. И вот как-то в актерском буфете театра имени Пушкина мы обсуждали пьесу, которая нам не нравилась. Я говорила, наверное, громче всех. И вдруг услышала голос, не изнутри, а откуда-то сверху: «Если ты такая умная, Скороходова, пиши сама». Я замолчала. И задумалась. А потом прошло время, и руки потянулись к перу, перо к бумаге… Сначала я написала маленькую пьеску, потом побольше… Важно, что первые отзывы на мои творения были положительные. Это сразу стимулирует к творчеству. И главное, что пьесы нравились мне как актрисе. Мне хотелось в них играть. «Семь пьес в ожидании премьеры» — так назывался мой первый сборник. С ним я вступила в Союз писателей. Сейчас у меня 15 пьес.

— Знаю, что в 2008 году ваша пьеса «Не бросайте пепел на пол» была удостоена специального приза фестиваля «Амурская осень» в номинации «За творческий поиск»…

— Это первая моя полноценная по формату пьеса. Она написана на меня и про меня, хотя пережила уже много разных постановок. У этой пьесы есть душа, я ее выстрадала. Помню, когда ехала на фестиваль «Амурская осень», то очень волновалась — как все сложится? Декорация — всего девять стульев, все костюмы, сшитые мной. Но театр тем и прекрасен, что денежные вложения ничего не дают, если нет души. Зато простейшие спектакли, когда они профессионально сделаны, могут производить колоссальное впечатление. Поэтому театр я люблю больше, чем кино. Кино — это очень затратный вид искусства. А театр, даже имея скромные средства, может существовать и дарить радость людям.

Дмитрий ИГОЛИНСКИЙ.

Фото Игоря СИМОНОВА

 

Источник: Приамурские Ведомости Хабаровск



Информация опубликована: 13.11.2015 01:39


При использовании материалов сайта активная ссылка на источник обязательна.

Разработка и сопровождение сайта alkis27